Пруд Кунминчи - водная ширь, Ханьских времен труды;

Флаги-знамена Царя-Воеводы прямо стоят пред глазами.

Нити пряжи Ткачиха в ночи попусту ткет при луне;

Каменный кит шевелит чешуей в порывах осеннего ветра.

Волны колышат рис водяной - тучею вглубь - чернота.

В чаше лотоса стынет роса, сыплется пурпур пыльцы.

Крепость- застава в зените небес, туда - лишь птичьи дороги;

Озеро с Цзяном заполнили землю, одинокий старик-рыбак.

Примечания В. М. Алексеева

И в этом стихотворении - фантастические картины, нарисованные воображением поэта. Он, словно воочию, созерцает искусственный пруд перед дворцом того же ханьского У-ди, на котором реют флаги государевой флотилии и возлежит огромный каменный кит. Разлученный с родным краем, он вспоминает старинную легенду о разлученных возлюбленных, ставших звездами в небесах, - Ткачихе и Пастухе, разделенных Небесной Рекой - Млечным Путем. Но тут же и точные приметы осени: черные облака водяного риса; холодная роса, пыльца, сыплющаяся с увядших цветов; крепость-застава - это Куйчжоу. И одиночество человека среди водных просторов - поэт сравнивает себя с мудрым рыбаком из поэмы Цюй Юаня (ок. 340-278 до н. э.) "Отец-рыбак".